Символика ЕС в метро Берлина. Архивное фотоЕлена КараеваВсе материалы
Евросоюз — на последнем дыхании: дно экономики пробито, и течь превратилась в бурный поток инфляции и обнищания. Политический разлом тоже очевиден: южные границы «европейского Эдема» стали его новой точкой. За последнюю неделю на Лампедузу прибыли, по разным оценкам, от одиннадцати до восьми тысяч человек. Ситуация сложилась критическая, и, бросив дела, накануне туда прилетела фон дер Ляйен. Ее речь — образец демагогии, но именно такого рода риторику легче всего скормить общеевропейцам, сильно обедневшим в результате санкций, введенных против нашей страны, и поэтому ищущим психологического комфорта (это пока) в желании показать, какие они «добрые и бескорыстные». Вариант, когда совсем нищим помогают чуть менее нищие — еще и способ поднять рейтинг в глазах «всего цивилизованного мира». Именно поэтому председатель Еврокомиссии говорила про «европейский совместный ответ».
Если отвлечься от фигур речи, от которых ни холодно ни жарко, то можно обратить внимание на три фактора. Точнее, вопроса.
Первое. Каким образом все эти лодки достигают побережья Лампедузы, острова, который принадлежит стране — члену НАТО? Еще можно спросить про береговую охрану, про эсминцы и фрегаты, а также военные катера. Интересно ведь, почему этому нашествию никто и никак не препятствует. Чтобы было совсем прозрачно, как воды Средиземноморья: каким образом сотни надувных лодок с подвесным мотором пересекают все существующие морские границы, более того, как всем, кто стремится попасть в «райский сад» втихаря через заднюю калитку, это удается сделать под носом у Шестого флота США? Если у русских забирают авто и чемоданы, если те совершенно легально хотят проехать в ЕС, то почему в то же самое время никто не контролирует главную южную морскую акваторию Евросоюза?
Ответ проще, чем кажется. Чтобы не пускать русских, было принято политическое решение, и чтобы пускать нелегалов, было принято точно такое же политическое решение. Поэтому во втором случае военные и не почесались, чтобы препятствовать высадке на лампедузовские пляжи.
Последние восемь лет ЕС живет от одной волны нашествия нелегалов до другой. И тут, кстати говоря, тоже есть линия разлома. Так называемый балканский маршрут усилиями Будапешта, не побоявшегося гнева Брюсселя, полностью заблокирован. Италия могла сделать то же самое, тем более что там у власти ультраправые, но опасается. Хотя его Лампедуза находится чуть более чем в шестидесяти морских милях от Туниса, Рим не предпринял ни единой попытки снизить свою миграционную нагрузку. То надеясь на фонды ЕС, то на штормовую погоду. И это — ни разу не солидарность, это тоже политика. Правда, не в интересах итальянцев, а чтобы выглядеть хорошими в чужих глазах.
Второе. Трудно представить, что направления потоков нелегалов формируются сами собой, поскольку мигранты хотят «лучшей жизни на европейский манер». Тут как раз политика — платье экономики. Речь — о наживе, которую получают международные мафиозные синдикаты от торговли людьми. Естественно, что никто никогда никаких цифр не опубликует, приблизительные подсчеты говорят о многих миллиардах в любой резервной валюте. Это хорошо отлаженная машина, с которой общеевропейцы и те, кто их администрирует, не хотят связываться. Начав разматывать эти клубки змей, можно доразматываться до такого, что небо покажется с овчинку.
Третье. При всех криках и визгах, непоследовательности, когда от слова «нет» в отношении приема нелегалов до слова «да» проходит два дня (пример — ФРГ, которая вначале отказалась, а потом согласилась принять тех, кто высадился на Лампедузу), подобная ситуация ЕС чрезвычайно выгодна. Поскольку в системе, в которой рациональная и прагматичная политика уступила место лозунговой политтехнологии, всегда можно реально острые, требующие решения вопросы заболтать, двинув «солидарный прием несчастных и обездоленных» на верхнюю строчку повестки дня.
Сегодня, когда на Европу наваливается тяжелейшая тревожная осень, предъявляющая к оплате векселя, касающиеся кризиса практически в любой сфере, самое время отвлечь внимание на информационный повод, имеющий абсолютно ничтожное значение. Точнее, на повод, которого могло вовсе не быть, если бы и когда в Брюсселе реально заботились об интересах золотого полумиллиарда. Чем дальше ЕС будет увязать на Украине, чем больше станет туда отправлять денег, чем более нищими будут европейцы и тем чаще брюссельская бюрократия будет выезжать в поля, где произрастает ими же искусственно созданный «миграционный кризис». Заполняя белым шумом медийные площадки, можно дотянуть до июньских выборов, а там сменятся действующие лица. Еврочиновники, такие все из себя демократичные, живут по кальке абсолютизма. После них — хоть потоп. Абсолютная монархия развалилась. С Евросоюзом произойдет ровно то же самое.