Логотип Евросоюза. Архивное фотоЕлена КараеваВсе материалы
Чтение постановления о санкциях, о том самом, девятом, пакете — дело неспешное. Текст, точнее фолиант, составляет 672 страницы. Брюссельские юристы получают гигантские зарплаты, и они, в отличие от чиновничьего аппарата, точно не зря жуют свои круассаны и прочую утреннюю выпечку. Каждая позиция высокоумна и поэтому несведующему человеку кажется доказательной, преамбулы же и амбулы блистают аргументацией и ссылкой на общеевропейское законоположение.
Но это форма, так сказать, оправа сказанному, написанному, обсужденному и принятому руководством стран — членов ЕС, а также правительств государств этого политического блока.
А вот что касается содержания, то санкционный списочек на многие сотни страниц, что называется, доставляет. Не по-детски, как любят писать блогеры.
До того как санкции были приняты и вошли в законную силу, со всех европейских трибун неслось про «запреты на экспорт в Российскую Федерацию продукции двойного назначения», чтобы разрушить ВПК «агрессивного государства».
Итак, сейчас можно удовлетворить наше пылающее любопытство и выяснить, как именно ЕС, все входящие в него почти три десятка стран, намерены наш ВПК разрушить.
Например, в Россию запретили поставлять цветочные луковичные растения, а также рассаду сортов роз. Также под запретом оказались и рододендроны (п. 060230 и п. 060240). Общеевропейцы к тому же лишили нас цикория в любом виде (п. 060120), а еще аксессуаров для составления букетов и флористических композиций (п. 060420).
В общеевропейскую немилость и под запрет попал ацетон (да, девочки, ацетон, тот самый, которым наши мамы и бабушки снимали с ногтей стершийся маникюрный лак), об ацетончике этом самом — в п. 291401.
Почему-то общеевропейцы ополчились (это еще одна деталь хитрого плана по разрушению российского ВПК, как мы тут предполагаем) на кухонное оборудование. Плиты для приготовления еды, устройства для барбекю, кухонные же столы (те, за которыми едят, видимо), средства для наведения блеска на поверхности всего вышеперечисленного (п. п. 7321-7323).
Вы уже почувствовали эту мощь, эту силу и эту непоколебимость? С помощью рододендронов, цикория, а также салфеточек для чистки поверхности кухонных плит — грозить неминуемым и полным разрушением, например, сверхзвуковых ракет? Те, если на них пятнышки и если на базе, где они установлены, не растут рододендроны, — все, каюк, не взлетят. Если и когда придет приказ на поражение требуемых целей.
От легкого — к чуть более серьезному. Шутки в сторону, тут действительно нам хотят объявить и объяснить, что «рус партизан, сдавайся»: под санкции угодили лазерные аппараты.
По мысли высокоумных, прогрессивных, свободолюбивых сторонников многогендерности и всеобщей толерантности, России без лазеров, как без воды — «не туды и не сюды».
Мы в курсе, что специалист нынче односторонен и подобен флюсу. Но не до такой же степени, господа! Лазер — не как физическое явление, а как устройство — вообще-то изобретен был в России (в СССР, если быть исторически точным). Более того, именно советские физики создали отрасль знаний, лазерами занимающуюся, называется она — квантовая электроника. За это советские физики, 45-летний Александр Прохоров и 42-летний Николай Басов, получили Нобелевскую премию в 1964 году. Само же открытие, как и принципы действия лазерных технологий, были ими сделаны и разработаны в середине 50-х.
Напомним: всего лишь через десять лет после окончания Великой Отечественной войны.
По мысли брюссельских многоумных консультантов, если сегодня лишить Россию тех технологий и тех устройств разной степени сложности, которые в самой нашей стране и были разработаны, ущерб будет нанесен, конечно, ничем не компенсируемый. Ах да, под санкциями вроде как и Физтех, знаменитый МФТИ, дипломы которого ценятся выше и дороже того же Массачусетского технологического. Так что спасибо, общеевропейцы, вы нас и тут поддержали — и от щедрых подарков нами же разработанных технологий, и от утечек мозгов в разной форме.
Однако в этом девятом пакете есть не только пункты, над которыми мы хохочем в голос, щедро и по-русски.
Именно в этом списке ограничительных мер значится отмена русской культуры. Юридическая отмена. Русская культура объединенной Европой начиная с 16 декабря 2022 года объявлена вне закона.
Министр культуры Российской Федерации Ольга Любимова, которая сумела (ее усилия трудно переоценить, особенно сегодня, так сказать, в ретроспекции) вернуть в страну и полотна из коллекции братьев Морозовых, и экспонаты из Музеев Кремля (ювелирные изделия Карла Фаберже), и предметы из собрания Эрмитажа, по мнению общеевропейцев, не может и не должна иметь возможность находиться на территории ЕС.
Мотивирующая формулировка звучит так же абсурдно, как и объяснение того, как цикорий с рододендронами могут и будут разрушать боеспособность российского ВПК.
Никита Михалков, режиссер, удостоенный всех главных наград всех главных европейских кинофестивалей (Гран-при в Каннах, «Золотого льва» на Венецианском кинофоруме) оказался не ко двору нынешним общеевропейцам, поскольку его позиция не соответствует их, европейским, представлениям о добре и зле.
Михалков с высоты своего таланта, опыта, чуткости и убеждений говорит то, что считает говорить нужным, и в тех формулировках, которые ему, оскароносному кинематографисту, создавшему свой стиль и свой нарратив во всем мировом искусстве, кажутся точными и соответствующими предмету дискуссии.
Таким образом, объединенная Европа, кричащая на всех углах и перекрестках о том, что свобода слова есть фундамент самого ЕС, пытается наказать тех, чья точка зрения ей, объединенной Европе, не нравится, просто заткнуть этих людей и запретить им высказываться.
И это не лицемерие, конечно. И не двойные стандарты («тут поем, а тут — заворачиваем рыбу»). Это объявление войны. Необязательно выступать с радиообращением, чтобы мы это поняли.
Небольшая ремарка — столько, сколько сделала для открытия европейской культуры в СССР, а затем в России семья Никиты Сергеевича, его дед, Петр Петрович Кончаловский, его мама, Наталья Петровна Кончаловская, не сделала ни одна европейская чинуша, сидевшая на многочисленных бюджетах и грантах.
Кончаловские и Михалковы принесли знания о европейской культуре в самых разных ее формах — от живописи до книг об Эдит Пиаф, поделившись с нами своей любовью к той цивилизации, к которой Россия принадлежит не только географически и исторически, но и ценностно.
И вот — ответ за все сделанное.
За построенные мосты, пусть не физические, но интеллектуальные, за то, что мы, принимая европейское, отдавали им русское, за то, что взаимное уважение и любовь оказались прочными.
Именно поэтому глобалисты, которых политкорректно называют еще и технократами, решили это все разрушить и разрубить.
С другой стороны, опустив чугунный занавес перед русскими талантами и русской культурой, они, эти технократы и эти глобалисты, дали возможность нам сохранить те самые универсальные ценности — справедливости, почитания таланта, значимости доброты и солидарности, которые нынешняя Европа, от которой осталось одно название, распродала по дешевке. Или вовсе спустила в пока еще работающую (на оставшихся русских энергоносителях) канализацию.