Изображение сгенерировано ИИДзенДавид НарманияВсе материалы
Конфликт на Украине переходит к новому этапу: попытки добиться дипломатического урегулирования, предпринимаемые и Москвой, и Вашингтоном, судя по всему, не смогли выполнить программу-максимум — о мире договориться не удалось.
По крайней мере, именно на этом акцентировал внимание замглавы МИД России Сергей Рябков.
«Мощный импульс Анкориджа в пользу договоренностей усилиями противников и усилиями сторонников войны до последнего украинца оказался в значительной мере исчерпан. <…> Это результат деструктивной деятельности, прежде всего европейцев, о чем мы говорим открыто и прямо», — заявил он.
И на этом фоне ожидаемы возмущения в духе: «зачем все это было».
Владимир Путин на совещании с военными в Петербурге во вторник ответил на этот вопрос. За текущий год, по его словам, российские войска освободили почти пять тысяч квадратных километров и 212 населенных пунктов.
Конечно, главную роль в этом сыграли мужество и доблесть наших солдат. Однако нельзя сбрасывать со счетов, что на протяжении почти всего этого времени помощь для ВСУ сокращалась. Каждая единица техники, каждый снаряд, не попавший на украинскую передовую за нынешний год, — это сохраненные жизни российских бойцов.
И здесь важно понимать, что мирный процесс, запущенный с командой Трампа, продолжался почти все это время — Анкоридж был лишь его кульминацией. А переговоры между Москвой и Вашингтоном, думается, начались едва ли не сразу после инаугурации новоизбранного американского президента. И эта эпопея постоянно сопровождалась различными проблемами для Киева.
Сперва были задержки поставок вооружений, обещанных администрацией Байдена. А затем США, по сути, и вовсе переложили поддержку Украины на своих европейских союзников. Формула Трампа «Вашингтон ни за что не платит, но готов продавать оружие» сама по себе серьезная дипломатическая победа. Администрация Байдена с начала конфликта выделила только американской помощи на 130 миллиардов долларов. Администрация Трампа — ни цента.
Это, конечно, еще не мир и не фиксация нашей победы. Более того, может показаться, что теперь США перевели украинский конфликт из статьи расходов во вполне прибыльное дело — а значит, заинтересованы в его продолжении. Но это справедливо лишь отчасти: европейцам все сложнее сохранять поддержку на былом уровне, денег в бюджетах все меньше — ушедший из-за этого в отставку 26-дневный премьер Франции Лекорню не даст соврать. А правый поворот в Европе и вовсе рискует расширить лагерь Венгрии и Словакии, которые отказываются поддерживать Киев, — недавно к ним присоединилась Чехия.
Иными словами, бремя помощи Украине с каждым днем все тяжелее, а желающих нести его на своих плечах — все меньше. И то, что теперь эта ноша ляжет на плечи европейцев, так или иначе облегчит выполнение задач, которые Россия ставит перед собой.
Так что пресловутый «договорнячок» не был самоцелью — сам путь к нему принес немало пользы. И для Москвы, и для Вашингтона. Решение Трампа зарабатывать на конфликте нельзя считать какой-то поблажкой. Благодарить не за что, американская администрация действует так, как считает нужным и нигде не идет ни на какие жертвы. Она лишь действует рациональнее, нежели предыдущая команда.
Однако теперь ситуация меняется. Дальнейшего снижения роли США в конфликте дипломатическими методами добиться будет сложно. А на повестке дня поставки Киеву «Томагавков».
Безусловно, военные эксперты, утверждающие, что это оружие не способно изменить ситуацию на поле боя, правы. Вот только его передача такой цели не преследует. Наличие «Томагавков» позволит Киеву эффективнее заниматься именно террористической деятельностью.
В ночь на 6 октября ВСУ атаковали Нововоронежскую АЭС при помощи беспилотника. БПЛА удалось подавить, но он все равно влетел в градирню станции. Будь на месте беспилотника крылатая ракета, ущерб мог быть гораздо больше. И сомневаться в том, что, как только это оружие появится у Киева, его обязательно применят подобным образом, не приходится.
Более того, «Томагавки», как это уже неоднократно упоминалось, могут нести ядерную боевую часть. Логично предположить, что если решение об их передаче будет принято, то ракеты поступят на Украину в конвенциональном варианте. Но есть ли хоть какие-то гарантии, что по указке киевского режима местные инженеры не переоборудуют их в носители для «грязных бомб» с отходами украинских АЭС?
Если Трамп одобрит поставки, то тезис о том, что это «не его война», потеряет всякий смысл. Ответственность за последствия будет целиком и полностью лежать на его плечах.
И в этом случае велик риск, что не только ему придется забыть о Нобелевской премии мира, но и человечеству в целом.