Глава синодального отдела Русской Православной Церкви по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Владимир Легойда. Архивное фото
– Все происходящее, включая и драматические события минувшего года, по-разному влияет на людей. Не сомневаюсь, что люди стали лучше, явив дела милосердия, героизма и самопожертвования. Кто-то, наверное, впал в уныние, бесплодные сетования на жизнь и жалость к самому себе. Но сейчас Вифлеемская звезда зажигается для всех, а не только для праведных, дает всеобщую надежду на мир, согласие и любовь, с которыми Христос пришел к людям. Надо только напрячь зрение и увидеть исходящие от нее лучи, которые не теряют силы и яркости, несмотря на все перипетии современности.
– Церковь не планирует издавать методички по празднованию Рождества во время специальной военной операции. С богослужебной точки зрения все неизменно. А в остальном христианство воспитывает свободного и совестливого человека, который в состоянии сам принять решение. Излишества и безудержность в праздновании плохи в любые времена.
Единственное, может, о чем хочется напомнить, что радость о Спасителе, пришедшем в мир, не может омрачить ничто, абсолютно ничто. Память об этом важно хранить в своем сердце. Подобно тому, как Христос снисходит с небес для спасения погрязшего во грехах человечества, так и мы должны уподобиться Ему в милосердии и, внимательно оглядевшись, постараться оказать помощь тем, кому сейчас тяжело материально или духовно, кто скорбит и нуждается в участии и поддержке.
– Предстоятель Русской церкви, следуя древней традиции, предложил установить перемирие в день Сочельника и Рождества, что позволило бы людям в мире и безопасности посетить праздничные службы. Еще раз Церковь засвидетельствовала свой миротворческий настрой и была поддержана российским государством. Но полноценное перемирие возможно только при доброй воле с обеих сторон.
Несмотря ни на что, даже на полях сражений в сердцах верующих найдется место для принятия Благой вести о пришедшем в мире Господе. Кроме того, в нашей армии есть военные священники, и думаю, что там, где это будет возможно, они разделят радость о родившемся Спасителе с солдатами и офицерами. Добровольцы, как и ранее, направят праздничные подарки, чтобы подбодрить защитников нашего Отечества.
– В этих регионах множество храмов, которые были и остаются частью единой Церкви, в них состоятся традиционные богослужения. Конечно, церковная жизнь осложнена военными действиями, но усилиями церковных добровольцев богослужебные нужды в целом удается удовлетворять. Но потребности в ней остаются высокими.
– Приходы Русской православной церкви за рубежом не являются государственными учреждениями, как, например, посольства или консульства. Поэтому за их безопасность никто особой ответственности, кроме местной полиции, не несет. Никаких возможностей для какой-то особой защиты в большинстве стран нет, и никогда не будет. Будем молиться, чтобы наши собратья по вере встретили Рождество в мире.
– Священник должен объединять людей, какой бы точки зрения они ни придерживались, в том числе на современную ситуацию. Если же священник становится лидером в разделении своего прихода или церковной паствы в целом, то, видимо, его призвание – быть не пастырем, а политиком. Это очень печально, особенно потому, что за каждым богослужением мы молимся о мире и прекращении братоубийственного разделения. Как молиться о мире во всем мире, если мы не можем даже на своем приходе примириться?
– Пацифизм – это не религиозная догма, а политическая идеология, которая, несмотря на декларации, нередко лишь разделяет людей. Церковь никогда не ассоциировала ни с каким из политический течений, в том числе и с этим.
Жертвенное служение воина всегда получало церковное благословение, и этому не противоречит смерть князей-страстотерпцев Бориса и Глеба. Они приняли смерть, отказавшись поднимать меч не на поле сражения с противником, а предпочли не убивать родного брата, а быть им убитым.
– Я лично не считаю себя вправе судить уехавших: вольному – воля. Для отъезда могут быть разные причины, но одну из них точно никак не могу принять. Это – ненависть к своему Отечеству, соотечественникам. Тем более удручают попытки сделать из своего отъезда политическое шоу, выслужиться перед новым «сувереном» или тем политическим мейнстримом, которые в сознании таких людей это место занимает.
– Поскольку военные священники направляются в зону специальной военной операции в командировки, точное число назвать сложно. Речь идет о десятках капелланов, но, конечно, этого недостаточно. И Синодальный отдел по взаимодействию с вооруженными силами работает над увеличением числа военных священников и окончательному урегулированию их статуса, социальных гарантий и так далее. Нередко проходят и народные сборы на нужды капелланов.
– Правящий архиерей епархии, к которой принадлежал погибший священник, должен сделать все возможное, чтобы поддерживать его семью. Приснопамятный отец Михаил (настоятель патриаршего подворья при штабе РВСН протоиерей Михаил Васильев, погибший на фронте 6 ноября – ред.) относился к клиру Московской епархии, и святейший патриарх Кирилл поручил выплачивать его священническую зарплату до совершеннолетия его детей.
– Синод Русской церкви выразил поддержку чадам Украинской православной церкви, подвергающейся беспрецедентному давлению со стороны представителей раскольнических структур, властей и националистов, но, вместе с тем, с сожалением указал на то, что в ряде епархий прекращено поминовение патриарха Московского и всея Руси, что уже привело к разделениям. Патриарх также неоднократно призывал молиться за блаженнейшего митрополита Онуфрия, а выступая на епархиальном собрании г. Москвы, предупредил, что неосмотрительные и самоуверенные слова и ситуации в Украинской церкви могут еще более повредить единству нашей Церкви, нанести новые раны тем, кому и без того тяжко, усугубить страдания наших братьев и сестёр во Христе.
– Во все времена мы сталкиваемся с искушением толковать события, происходящие вокруг нас как имеющие признаки конца света. Это было и в XVII-XVIII веках, и позже. Напомню также, что древние христиане не только не боялись Второго пришествия, но и наоборот с воодушевлением его ожидали. Можно сказать, они надеялись, что Христос придет как можно скорее. А мы, получается, хотим видеть признаки конца света во всем чем угодно, но, наоборот, желаем не пришествия Спасителя, а того, чтобы Он не приходил, не мешал «прелестям» нашей обывательской жизни. Думаю, что это очень странное духовное состояние, которое отвлекает человека от труда и дел милосердия, сковывает его волю иррациональным страхом. Который христианство не поощряет, а побеждает верой в безмерную милость Божию и Его любовь к человечеству.