Сбор урожая клубники в фермерском хозяйстве в Краснодарском крае. Архивное фото
Россия за десять лет действия продэмбарго нарастила производство продовольствия на 20%, сократила его импорт на 14%, а экспорт — увеличила более чем в 2 раза. Что стало локомотивом, чем заменили на российских полках итальянский пармезан и нужен ли еще потребителю норвежский лосось, рассказали РИА Новости эксперты и аналитики.
В августе 2014 года президент России Владимир Путин ввел продуктовое эмбарго, закрыв российский рынок для мяса, колбас, рыбы и морепродуктов, овощей, фруктов и молочной продукции из США, Евросоюза, Канады, Австралии и Норвегии. Потребитель, привыкший к итальянской моцарелле и испанскому хамону, австралийской говядине и норвежскому лососю, сначала впал в панику, бизнес же — наконец увидел свободные ниши и ринулся их занимать.
Результат не заставил себя ждать — отечественное сельское хозяйство с помощью господдержки за эти десять лет по-настоящему воспряло: производство продукции АПК выросло с 2013 по 2023 год на 20%, до 8,3 триллиона рублей в фактически действующих ценах, говорит руководитель центра отраслевой экспертизы Россельхозбанка Олег Князьков. Одновременно снижался ее импорт — на 14%, до 35,1 миллиарда долларов, а экспорт с 2014 по 2023 годы вырос более чем вдвое — до 43,5 миллиарда долларов, добавляет эксперт группы корпоративных рейтингов АКРА Антон Тренин.
«В результате в 2023 году сальдо экспорта и импорта продовольствия достигло исторического максимума и составило 8,4 миллиарда долларов, что свидетельствует об изменении ландшафта рынка продовольствия и успешном развитии его отечественного сегмента. Ключевым фактором развития сельского хозяйства в России послужила государственная поддержка и масштабные частные инвестиции», — отмечает Тренин.
Как результат — достигнутый к 2024 году уровень сельхозпроизводства в России позволяет не только в значительной мере насыщать внутренний рынок (к концу 2023 года уровень самообеспеченности по основным продуктовым группам превышал 85%), но и входить в двадцатку крупнейших мировых экспортеров продовольствия, поставляя продукцию в большинство стран мира, добавляет аналитик.
Это все мое, родное
Лучше всего отечественному АПК удалось замещение мясной и рыбной продукции: здесь самообеспеченность уже достигла 100% и 165% соответственно, причем в последней импорт (креветки, дорадо, тунец) уже не солирует, а только расширяет ассортимент, говорит Тренин. За десять лет, с 2013 по 2023 годы, российский рыбный импорт то существенно падал, то рос, то снова снижался, но в итоге сократился на 35,3%, до 656 тысяч тонн, а производство рыбной продукции за тот же период выросло на 22%, до 4,4 миллиона тонн, добавляет президент Всероссийской ассоциации рыбопромышленников (ВАРПЭ) Герман Зверев.
«До 2014 года значительный объем сельди, поступающий на перерабатывающие предприятия в европейской части страны, был иностранного происхождения. Это несмотря на то, что Россия – крупнейший добытчик сельди в мире. Раньше переработчикам было выгоднее и удобнее покупать импортную продукцию, сейчас они ориентируются на отечественный вылов», — приводит пример Зверев.
Вернулась за эти годы в районы российского промысла популярная в СССР сардина иваси – аналог сельди, а также килька: больше половины шпрот в России до продэмбарго ввозились из Латвии, теперь же на прилавках — 100% российские. Удалось заместить и импортное филе трески и нарастить поставки минтая, добавляет Зверев. Впечатляющие результаты показал и сектор аквакультуры.
«С появлением новой ниши на рынке фермеры наладили выращивание ценных морепродуктов — устриц, мидий и других. За этот период их выпуск вырос с минимальных значений до 84 тысяч тонн по итогам 2023 года. Сегодня 70% устриц в рознице и ресторанном секторе — отечественные», — приводит пример президент ВАРПЭ. Удалось заместить и форель с семгой: только за последние 5 лет в России нарастили их выпуск в 2,4 раза, до 158,6 тысячи тонн. «Причем опросы потребителей и отзывы рестораторов и ритейлеров свидетельствуют о том, что россияне отдают предпочтение именно отечественному лососю, выбирая «мурманскую семгу» или «карельскую форель», — добавляет Зверев.
Кроме того, Россия полностью обеспечивает себя растительным маслом и свекловичным сахаром, а также существенно нарастила производство зерна, которое сегодня занимает больше трети российского экспорта в денежном выражении, отмечает Тренин.
«За 2013-2023 годы Россия полностью обеспечила себя зерновыми — с 140% до 171%, мясом — с 84% до 102%, молоком — с 77% до 102% (с учетом союза с Белоруссией), а также растительными маслами – с 98% до 227%… Российский АПК может дать фору любой зарубежной индустрии. Сегодня Россия – №1 в мире по производству зерна и подсолнечного масла, №1 в Европе по производству мяса бройлеров, молока, №2 — по производству свинины», — приводит пример Князьков.
Пока не лидеры
Не так успешно пока идет импортозамещение в молочной сфере и овощеводстве, добавляют аналитики, есть проблемы и в области отечественного семеноводства (особенно по кукурузе, сахарной свекле и в сегменте овощей). Так, в молочной отрасли самообеспеченность в 2023 году достигла 85%, в лидерах — мороженое, молоко, сливки, кефир и йогурты. Хуже обстоят дела с сырами (76%) и сливочным маслом (74%), говорит Тренин.
Однако развитие продолжается, и достичь по молочным продуктам показателя в 90%, закрепленного в Доктрине продовольственной безопасности, можно на горизонте 3-5 лет, отмечает Тренин. По овощам Россия уже в прошлом году приблизилась к нему, достигнув уровня 89,4%.
«Вместе с тем пока сохраняется зависимость от импорта томатов (показатель самообеспеченности – около 70%), тогда как по огурцу он приближается к 100%. Тяжелые климатические условия в ряде российских регионов и высокая зависимость урожайности от погодного фактора обуславливают стабильный интерес компаний к строительству производственных мощностей для выращивания овощей в закрытом грунте, что способствует дальнейшему насыщению рынка», — говорит эксперт.
Тяжелее всего обстановка с ягодами и фруктами: здесь невозможно устранить все барьеры, препятствующие достижению самообеспеченности, полагает Тренин. Если производство яблок удовлетворяет внутренний спрос почти на 80%, то по большинству фруктов и ягод отмечается существенная доля импорта из дружественных стран, обусловленная как ограниченностью отечественного производства груш, персиков, черешни и вишни, так и климатическими условиями России, в которых не растут экзотические плоды. Здесь показатель самообеспеченности фруктами и ягодами в стране не дошел даже до 50%, достичь цели в 60% к 2030 году планируется за счет роста производства ягод — голубики, малины, земляники, ежевики и клюквы, добавляет он.
Однако отдельные производители смогли использовать новые возможности на все сто. Так, крупнейшему отечественному производителю молока — компании «Эконива» — удалось с 2013 года в сотни раз увеличить производство, запустить переработку и кратно нарастить ассортимент, на тот момент состоявший только из пастеризованного молока и сметаны, рассказал заместитель генерального директора «ЭкоНива-Продукты питания» Алексей Масленников.
Причем с сырами компания решила не замещать знаменитые и уже знакомые рынку моцареллу и пармезан, а предлагать новые — чтобы развивать культуру их потребления и продвигать российские сыры за рубежом, добавляет он. В результате только за последний год нарастила производство сыров в 7 раз, до 8300 тонн (против 1200 тонн в 2022 году), а в целом выпуск молочной продукции на 70%, до 279,5 тысячи тонн.
Драйверы и точки роста
Хотя российский рынок сегодня и полон возможностей, подводные камни в нем тоже есть, отмечают эксперты.
«По готовой молочной продукции мы перестали зависеть от импорта, так как отечественные производители успешно заместили все основные категории, активно развивается экспорт, причем не только биржевых товаров, но и готовой молочной продукции. В России растет потребление молочной продукции вслед за ростом реальных располагаемых доходов населения, это вселяет в производителей определенный оптимизм», — приводит пример Масленников.
Кроме того, благодаря качеству российского молока и комфортному курсу рубля к основным мировым валютам у России есть все шансы стать крупнейшим поставщиком широкого спектра молочной продукции на мировые рынки, и это один из основных драйверов для развития российской молочной отрасли.
В то же время продолжает расти себестоимость производства, обусловленная повышением ключевой ставки, дефицитом кадров и рядом других причин. «В этих условиях компаниям необходимо тщательно продумывать стратегию и одновременно быть гибкими, чтобы подстраиваться под меняющиеся рыночные условия», — полагает Масленников.
Мешают и новые санкции, добавляет Зверев. «Рыба – самый продаваемый товар мирового продовольственного рынка после зерна. Многие годы этот гигантский рынок жил по четким правилам, но в 2023 года его участники перестали им следовать. Санкции против России, которая остается одной из главных рыболовных держав, стали триггером для масштабного переустройства всего мирового рыбного хозяйства», — напоминает он.
Как будут развиваться события, прогнозировать непросто: Тренин отмечает, что пока продэмбарго действует до конца этого года, но «вероятность очередного продления в условиях непростой геополитической обстановки выглядит высокой».
Однако, несмотря ни на что, главного итога удалось достичь: Россия распробовала собственные продукты, сходятся во мнениях аналитики. «Тот факт, что потребители оказывают большее доверие отечественным продуктам, и сегодня стимулирует ритейлеров и рестораторов наращивать закупки отечественной продукции, менять технологии производства и вводить новые блюда в меню», — отмечает президент ВАРПЭ.
Хотя останавливаться на достигнутом нельзя: по майским указам президента план на ближайшие 6 лет — нарастить объем производимой продукции АПК на 25%, а экспорта — на 50% по сравнению с 2021 годом. Планы для реализации этих целей Минсельхозом уже представлены, помогут им со следующего года и проекты технологической независимости, дело — за бизнесом, уверены эксперты.