Дмитрий КосыревВсе материалы
Оказывается, у этой заразы (или синдрома, или мерзкой привычки) уже почти тридцать лет как есть изящное латинское название. Ойкофобия — дословно «страх перед собственным домом». Или — нелюбовь к таковому. В 1993 году американский философ Роджер Скратон придумал это слово, чтобы обозначить людей с почти биологическим отвращением к собственной стране и культуре. Наш дом нам неприятен, мы — интеллектуальная элита (в данном случае американская), мы не такие, как наш народ, мы лучше, мы вообще не отсюда: вот такой образ мыслей. Знакомая штука эта ойкофобия — и вовсе не только по Америке, правда?
А вспомнили о забытом Скратоне потому, что в США только что вышла дико скандальная книга на похожую тему. Давно такого не было, чтобы рецензии шли валом по всем сайтам, а голос автора (Дэвид Харсаний) звучал из каждого динамика. Вот, наверное, самый подробный из письменных комментариев на эту тему.
Начинает Дэвид Харсаний с ругательств. Он пишет не вообще об интеллектуальной элите, а, конечно, о демократах. Среди которых модно ненавидеть свою Америку, считать ее какой-то помойкой, страной рабства — и любить Европу. Да нет, это ваша Европа — помойка, говорит Харсаний. И помещает это слово (Eurotrash) на обложку книги. Вот так: «Eurotrash: Why America Must Reject the Failed Ideas of a Dying Continent», или «Европомойка: почему Америка должна отвергнуть провалившиеся идеи умирающего континента». Эта ваша Европа, говорит он, такова: «устаревшие институты, экономическая усталость, моральная анемия и культурная капитуляция». А наша Америка — это!
Тут важно, что в патриотизме автора есть четкая система, и она идеологическая. Он громит именно демократов, которые за последние годы сильно полевели, у них там сейчас наметилось мощное течение, откровенно называющее себя социалистическим: тут и неудачливый кандидат в президенты Берни Сандерс, и целая толпа других интеллектуалов. Они считают себя не местными и очень европейскими и, главное, полагают, что европейская социал-демократия, если не социализм, очень хорошо работает и в США надо эту модель воспроизвести.
И вот тут в книге про европомойку, начинается избиение младенцев. Одно дело — обвинить своих оппонентов в «не тех» убеждениях и отсутствии патриотизма: подумаешь, да они это сами с радостью признают. Другое дело — сказать им: ребята, вы же просто неграмотны. Вы живете иллюзиями тридцатилетней давности.
Самый сильный раздел книги — это про шведский и прочий скандинавский якобы социализм. Социализм, напоминают нам, — это когда у вас забирают почти все, что вы заработали, и через громадный госаппарат перераспределяют тем, кто столько не заработал. И тогда у вас получается всесильное государство, которое подвергает своих подданных каким угодно массовым экспериментам по наведению социальной справедливости.
Вот и у скандинавов, как говорят не любящие свою страну демократы, прогрессивный подоходный налог: до 57 процентов. Налог на продажи — 25 процентов, а всего отбирают 65 (популярная в отношении Скандинавии цифра). Вот как надо! Поскольку страны эти растут и развиваются. Автор книги им с большим знанием дела отвечает: ваши цифры и факты — из конца 1980-х. Тогда в упомянутой социалистической Швеции налоги такими и были, а половина населения или работала на госсектор, или сидела на пособии. Но с начала 1990-х шведы привели к власти консервативное правительство и начали вести противоположную политику. Налоги отменяли один за другим. И страна действительно начала процветать. То же произошло в Дании — и не только там. Урок Скандинавии, говорит автор, в том, что политика «облагать налогом богатых» не работает нигде. Облагать надо всех, но полегче.
Дальше в книге начинается разгул патриотизма. Харсаний заявляет, что европейцы, в отличие от американцев, не способны интегрировать мигрантов (ему, потомку еврейских переселенцев, виднее, но тут явно можно поспорить). В средней британской больнице у вас ровно вчетверо больше шансов отправиться в морг, чем в средней американской. А эта ваша Франция, где безработица перманентно держится 40 лет на уровне семи процентов или хуже того! Да если бы эта самая Франция была американским штатом, то оказалась бы по уровню бедности второй-третьей с конца — между Западной Вирджинией и Арканзасом. Швеция была бы там же, где Кентукки, ну а эти ваши Италия и Испания — на последнем месте. А все потому, что американская система и все американское лучше.
Чужой патриотизм, конечно, надо уважать при всей его неумеренности. Тем более если речь о дискуссии, идущей века этак с семнадцатого. Почему европейцы бросали все и пересекали океан? Потому что Европу называли тем самым словом и старались начать жизнь сначала и по другим принципам. В общем, они еще долго будут разбираться, чья система лучше.
Но тут у автора (и у США в целом) есть проблема. Ведь спор, заметим, идет не между двумя берегами Атлантики, а между двумя Америками. Между патриотичной и консервативной по части экономической модели и ойкофобной (и яростно социалистической). И если бы вторая Америка была в безнадежном меньшинстве, то автору не надо было бы исходить такой яростью в своей книге. Что ж, пусть спорят нам на пользу.
Но как минимум одну полезную идею Дэвид Харсаний нам дарит. Это насчет того, что ойкофобы, ненавистники своей страны и патриоты европейского Запада, просто-напросто питаются реалиями ушедших десятилетий, в том числе потому, что те реалии соответствуют их окаменевшим убеждениям.
В последние месяцы я общался на встречах и дискуссиях с тремя очень видными нашими идеологами и политиками конца 80-х — начала 90-х. Один из них хотел возглавить государство, другой был министром у Ельцина. И все они в один голос в ответ на довольно похожие вопросы типа «а какой шанс вы тогда упустили?» отвечали следующее: надо было затащить страну любой ценой в ЕС и НАТО. Ладно, они так думали тогда — но они это говорят и сегодня. Сегодня, когда европейцы и два типа американцев увлеченно и довольно доказательно выясняют, кто из них живет в помойке.
Вот интересно, сколько процентов особых наших людей из числа ойкофобов (которые «мы лучше народа» и которые «не отсюда») кормятся и сегодня иллюзиями ушедшего куда-то за 30 лет мира. Список иллюзий длинный. Это и всесильная НАТО, и процветающий и единый Запад, и Китай, который только и копирует чужие технологии, и Россия, которую можно и нужно принудить к европейским социальным экспериментам, и многое другое.